Форма входа

Пресс-центр года молодёжи

  • Календарь

    «  Сентябрь 2017  »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
        123
    45678910
    11121314151617
    18192021222324
    252627282930

    Статистика


    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0




    Суббота, 23.09.2017, 22:50
    Приветствую Вас Гость | RSS
    Молодёжный информационный центр "ПОДСОЛНУХ"
    Главная | Регистрация | Вход
    Если я пройду через это, то умру, если не пройду, то я и мои близкие будут страдать, а затем я умру


         28-летний отец, угрожая пистолетом, ворвался на территорию госпиталя в одном из графств Великобритании. Он прошел в палату интенсивной терапии, где находился его 6-летний сын и сам отключил своего навсегда парализованного ребенка от аппаратов искусственного поддержания жизни. С сыном на руках он выбежал в центральный парк госпиталя - никто не мог приблизиться к нему – было очевидно, что он без промедлений нажмет на курок и остановит любого. Мужчина дождался того мгновения, когда сердце его сына перестало биться и… застрелился сам с мертвым ребенком на руках… 

           Олег Майоршин жил со своей гражданской женой Светланой Юдиной в городе Асбесте. Женщина сломала позвоночник в начале этого года. Танцуя, она неловко оступилась и упала. Два месяца Светлана провела в реанимации. Врачи местной больницы делали все, что могли, но окончательный вердикт медиков звучал ужасно: встать Светлане на ноги уже не удастся никогда. Прикованная к постели женщина не могла и не хотела смириться со своей судьбой. Олег Майоршин же говорил любимой, что всегда будет рядом. Но несчастная, плача от боли и отчаяния, умоляла избавить ее от такой жизни.
    Олег, как он сам рассказывал следователям, очень переживал из-за болезни любимой. Но стать убийцей самого близкого человека! Он даже представить себе такого не мог! Однако вскоре здоровье женщины ухудшилось, боли стали интенсивнее. Мужчина не выдержал и набросил петлю-удавку на шею своей тяжело больной и умирающей гражданской жены. 

           Друзья Олега говорят, что он очень любил Свету и никогда не причинил бы ей зла, если бы не тяжелая болезнь и воля самой страдающей. Опрос врачей, лечивших Светлану Юдину, показал, что женщина прожила бы еще совсем недолго, а Майоршин лишь ускорил события. 
    Тем не менее, эвтаназия в России запрещена. Олег Майоршин рассказал о том, что он сделал, сам. Мужчина явился в милицию на следующий день. Позднее он уточнил, что именно говорила ему жена: "Прекрати мои мучения, пожалуйста, убей меня, пожалуйста!» Так или иначе, суд свое решение вынес. Олег Майоршин отправится в колонию. А вот родным и близким задушенной Светланы и осужденного Олега так и придется теряться в догадках - преступление в данном случае было совершено или же добрый поступок, акт милосердия.
    Прокурор французского города Дижона Жан-Пьер Алаши не смог назвать причины смерти 52-летней Шанталь Себир, просившей об эвтаназии. Страдавшая от неизлечимой и прогрессирующей болезни Шанталь Себир была найдена мертвой у себя дома в пригороде Дижона. Причины смерти неизвестны. Женщина, потеряв надежду, судя по всему, покончила с собой.

           Себир обращалась к французской юстиции с просьбой разрешить ее лечащему врачу провести эвтаназию, однако получила отказ. Она также лично просила об эвтаназии президента Николя Саркози, однако он лишь предложил провести расширенный консилиум врачей, для того чтобы облегчить страдания больной.

           Семь лет бывшая учительница и мать троих детей Шанталь Себир страдала от невробластомы - прогрессирующей опухоли дыхательных путей. Эта редкая и неизлечимая болезнь (за последние 20 лет в мире было зафиксировано лишь 200 случаев этого заболевания) привела к слепоте, сильной деформации ее лица и доставляла больной, по ее словам, "нестерпимые мучения". Себир признавала, что "дошла до пика того, что могла вынести". 

           В прессе появлялись слухи о том, что Себир решила поехать в Швейцарию, где легализована эвтаназия, чтобы там окончить свою жизнь. Помимо Швейцарии, помощь тяжелобольным людям, желающим уйти из жизни, уже разрешена в Бельгии, Люксембурге и Нидерландах. 


           Еще один случай. 20 марта 2005 года суд города Рибейра (Португалия) постановил прекратить дело против Рамоны Манейро, которая призналась, что помогла умереть парализованному испанскому моряку Рамону Сампетро.
    После трагедии на море он был полностью парализован, но позже научился писать на компьютере, нажимая на клавиши зажатой во рту палочкой, и написал книгу в защиту эвтаназии. После выхода книги он стал очень популярен. Сампетро невыносимо страдал. Он умолял врачей помочь ему уйти из жизни. Однако получил отказ. В конце концов, его близкая подруга Манейро дала ему яд, точно следуя указаниям больного.
    Примечательно, что когда следствие попыталось установить человека, который помог Сампетро умереть, более тысячи человек заявили, что это сделали они.
    Эта история привлекла особое внимание, так как легла в основу известного фильма "Море внутри" испанского кинорежиссера Алехандро Аменабара.
    Теперь давайте подумаем, что двигало этими несчастными людьми, почему они сделали то, что сделали?
    Эвтаназия — не медицинский и не научный вопрос, а этический и — в тех случаях, когда речь идет о верующих людях, — религиозный. 
    Неестественный уход из жизни, добровольное лишения себя того дара, который дал Господь, является самоубийством, а следовательно – грехом. Это мнение церкви. Но хочется тогда спросить, где же Господь во время чудовищных страданий беспомощных людей, за что он наказывает ни в чем не виновных детей с врожденным пороком сердца, или молодых людей так любящих жизнь, которые теперь не могут даже дышать? Неужели эта та вера, которую мы называем христианством? Тогда я убежденный атеист. Думается, что любовь Всевышнего заключается в том, что Он предоставляет нам, людям, право выбора. Но ведь это значит, что именно мы всегда ответственны за свой выбор. За то, что мы делаем, думаем, чувствуем. Это же относится и к нашему конечному выбору?
    То, что смерть может быть мучительной, человеку известно давно. 
    Больно и невыносимо видеть, как страдают умирающие. Люди часто боятся не самой смерти, как таковой, а предсмертных мучений. Эти мучения иногда вынуждают желать смерти. Зачем вообще человека возвращать к жизни, которую уже и жизнью полноценно назвать нельзя, чтобы продлить его мучения и, якобы из чувства ответственности перед ним, всячески стараться продлить эту полужизнь, несмотря на все его мольбы прекратить, наконец, эти страдания? Откуда в человеке берётся страх смерти? Почему природа не создала механизм, блокирующий этот страх? Почему она вообще позволила ему возникнуть в нашем сознании? Дело в том, что в чистом сознании страха смерти быть не должно. Смерть – неизбежный конец каждого живого существа. Она генетически заложена в нас. Начиная с самого рождения мы неминуемо движемся к ней. Человек развивается из одной клетки, растёт, становится юным, молодым, затем зрелым и, наконец, старым. Зачем человеку продолжать влачить бессмысленное существование, когда он может добровольно перестать удаляться от смысла жизни из-за бессодержательного "нельзя". Того "нельзя", за которым не стоит ничего, кроме уверенного в своей правоте эгоизма человека, считающего себя христианином.
    Большинство предполагает, что человеку делают укол и он безболезненно умирает во сне. На практике не так. Человек, который мог дышать только при помощи специального аппарата, умрет от мучительного удушья, когда аппарат отключат. Терри Шиаво (Тереза Шиндлер), эвтаназия которой была разрешена в США специальным судебным решением, умерла через три недели после того, как ее перестали кормить. Но существуют аргументы, которые я считаю более убедительными. Вернемся к гуманизму убийц. В самом деле, если говорить об активной эвтаназии, то кто вправе запрещать человеку самому принимать роковые решения? Особенно в тех случаях, когда бессилие медицины очевидно.
    Разве «пожизненное» существование на больничной койке – гуманная перспектива? Прибавьте к этому еще и невозможность ухаживать за собой и в любых мелочах зависеть от сиделки и родственников. Допустим, можно пенять родственникам, - мол, вы должны «нести свой крест», выполнять свой «земной долг», но что сказать самому неизлечимо больному человеку? Конечно, современная медицина располагает арсеналом средств, например… морфием и способна «облегчать» страдания, например, онкологических больных. Одновременно разрушая сознание и психику пациента, - наркотик не перестает быть наркотиком. Это ли гуманный способ?
     
           1.Телеканал «Euronews» рассказал миру о судьбе тринадцатилетней девочки из Великобритании, которая отказалась от операции по пересадке сердца и решила умереть дома, когда придет ее последний час.
    Суд удовлетворил иск юной Ханы Джонс и признал, что она имеет полное право сама определять свою судьбу. С экрана телевизора симпатичная девочка пояснила, что устала жить бесконечными походами к врачам, принимать таблетки и хочет продолжать жить так, будто ничего страшного не происходит. Ее родители согласились с решением дочери, однако надеются на лучшее. Дело в том, заявили отец и мать, что Хана «давно» живет больше срока, отпущенного… врачами. 

           2. гражданки той же Великобритании.
    Женщина страдает тяжелым заболеванием – рассеянным склерозом. Она просила удовлетворить ее просьбу о предоставлении возможности отправиться в свое последнее путешествие – в специальный центр в Швейцарии, где помогают уйти из жизни тем, кто принял окончательное решение прекратить бесконечно мучительное существование. А, кроме того, она хотела получить от судебной власти точные разъяснения - имеет ли право ее муж купить ей билет в Швейцарию или она должна была сделать это сама. Почему? Чтобы ни у кого не возникло подозрений, что муж «подталкивал» ее к решению о добровольном самоубийстве, да еще и помог организовать «черное» путешествие. Однако суд Великобритании отказал несчастной женщине в ее настойчивой просьбе.

           Теперь спросите себя… Где же проходят границы человеческого в нашем мире? 
    Где границы человеческого и в чем заключается современный гуманизм? Может быть, в том, что в России от врачебных ошибок умирает ежегодно 50 тысяч человек. От ошибок ли умирают пациенты или мы здесь сталкиваемся со случаями «пассивной эвтаназии», когда больные не могут принять адекватного решения или просто не хотят даже думать об этом? Зато могут думать врачи – койко-место в стационаре недешевое, да и другие пациенты на очереди. Зачем поддерживать «на плаву» больного, когда и так ясно, что уже ничто не поможет человеку? А знакомы ли вам случаи, когда медицина предлагает забрать вашего родственника из палаты домой - умирать? Мы, мол, бессильны, - пусть уж лучше в кругу семьи умирает себе спокойно. А случаи, когда предлагают забрать неизлечимо больного из… хосписа, незнакомы?
    Современные общества вплотную подошли к той черте, когда необходимо радикально пересмотреть представления о гуманности и границах человеческого. Случаи, когда сами президенты стран вынуждены принимать решения по поводу права человека на добровольную, легкую смерть давно не редкость. Но никакие высшие силы и власти не смогут решить за нас с вами вопросы, с которыми мы сталкиваемся ежедневно. Австралийский профессор биоэтики Питер Зингер давно выступает за пересмотр наших представлений о жизни и смерти, называя традиционное представление о гуманизме и сострадании лицемерием. И у него немало сторонников и почитателей. И среди медиков, и среди непрофессионалов. И, судя по тому, как развиваются события, недалек тот день, когда правдами и неправдами «право на смерть» станет законным, гуманным правом любого человека. А, значит, вопросы гуманности эвтаназии станут привычными вопросами и проблемами каждого из нас. Подчеркиваю – каждого. Ведь право на смерть для одного человека - это ответственность всего общества.

           Я признаю «право на смерть» правом любого человека. В той же книге Питера Зингера приводится один любопытный пример. На международном конгрессе по детской хирургии в Австралии именитые врачи со всего мира принялись обсуждать, в том числе, и проблемы эвтаназии. Точнее, - один простой вопрос.
    Есть новорожденные с необратимым нарушением внутриутробного развития - ананцефалы. У них отсутствует кора головного мозга, хотя внешне они такие же, как и любые другие младенцы – улыбаются, морщатся, чихают. Но они нежизнеспособны - в любом случае, поддерживать их существование очень трудно, да и… зачем? Никакая сознательная деятельность для них невозможна, - общаться, читать, писать, рисовать, как обычные дети они не будут никогда. Кстати, в России таких детей рождается три на тысячу. Вопрос, который обсуждали на международном конгрессе в Австралии, был предельно прост: можно ли из гуманных соображений «убивать» этих детей и использовать… их жизненно важные органы для нужд трансплантологии – в детской трансплантологии дефицит органов очень высок.
    Главный врач австралийского госпиталя, один из организаторов конгресса, предложил всем участникам сделать перерыв и пройти с ним, в палату интенсивной терапии госпиталя. Там находились два мальчика – один ананцефал, а другой – обычный ребенок, но с врожденным пороком сердца. Ему нужна была срочная операция, и сердце ананцефала подходило по всем медицинским параметрам.
    «Вот, коллеги, перед вами тот самый ананцефал, - видите, он улыбается. А вот – мальчик, который погибнет, если мы не проведем операции по пересадке сердца. Если операция будет успешной, этот ребенок окончит школу, колледж, станет юристом или врачом. У него будет семья, дети, внуки. А вот этот ребенок – ананцефал. У него нет никакого будущего. Вы сейчас в зале жестоко дискутировали о том, возможно ли использовать органы ананцефалов для нужд детской трансплантологии. Вот вам прекрасный случай проверить ваши доводы на практике. Оба ребенка перед вами».
    В "Клятве" Гиппократа есть такие слова: "Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла". Тогда что же получается: пусть умрут оба, не смотря на то, что есть шанс даже для одного?
    Я за эвтаназию. Это дико и по-скотски, продлевать мучения людей под формулировкой «спасать жизнь». Сумасшедшая, ужасающая подмена понятий. Самый большой страх в моей жизни – оказаться на месте таких людей и знать, что никто не прекратит мои страдания.

           Я бы пересмотрела клятву. А вы?


                                                                                         Ильюхина Юлия


          Термин эвтаназия происходит от греч. – «хорошо» и «смерть» и означает сознательное действие, приводящее к смерти безнадежно больного человека относительно быстрым и безболезненным путем с целью прекращения страданий; добровольный уход безнадежно больных из жизни с помощью врачей. Различают эвтаназию пассивную (отказ от мер, способствующих поддержанию жизни смертельно больного) и активную (ускорение смерти пациента



    Copyright MyCorp © 2017